>>36132
Читал , само собой. Разве что последнюю кингу ещё не начал, ибо забыл уже многие моменты из предыдущих частей.
Мартин(и не только он) забавен -- читаешь и представляешь, как он писал это в пику Толкину. Отдельные писаки кичатся, мол я не люблю Толкина, я делаю ни как у Толкина и т.д. Правда, большинству это на пользу не идёт и получается уг. У Аберкромби получилось, а вот и у Мартина нет. У него куча сюжетных линий друнг с другом плоха связанных и обрывающихся на середине и дебильные убийства основных героев, типа ололо-реализм. и в результате получается рваная история заместо цельного повествования. А в остальном у него написано хорошо, слог приятный, язык богатый. Главное, чтоб коньки не откинул до завершения своей саги.

>>36131 Насчет наших не знаю но у хохлов есть пара годных писателей.

>>36144
Бля, да ты охуел.

>>36145 Wut?

>>36144
>пара
Две пары же.

творческая импотенция. ну знаешь, творческий кризис, у писателей есть. вот такая хуйня растянутая на целую эпоху и есть постмодернизм. причины и симптомы такие же как у творч. кризиса.
ну например, "контент отечественных имиджборд" - когда все по большей части не создается, а пиздится с форчанов или других источников и незначиттельно искажатеся.

вот человек, который берет макрос и приписывает смешные подписи - он постмодернист. он привык переосмысливать, но не создавать что-то принципиально новое. такой человек не сможет выйти за рамки того же макроса, он даже с трудом может найти новую картинку в центр радужного фона. для него это непосильные задачи.

Посоны, поясните по-хардкору, что такое экзистенциализм. Читал статью в википедии и мало что понял.
Скажите, что почитать или своими словами расскажите. Главное требование, чтобы объяснялось на конкретных примерах.

>>36129
ты ж уже создавал тред по этому вопросу, там всё более-менее разжевали
должен висеть где-то на второй или третьей странице

у Эко хорошо сказано:
"Постмодернизм - это ответ модернизму: раз уж прошлое невозможно уничтожить, ибо его уничтожение ведет к немоте, его нужно переосмыслить, иронично, без наивности. Постмодернистская позиция напоминает мне положение человека, влюбленного в очень образованную женщину. Он понимает, что не может сказать ей "люблю тебя безумно", потому что понимает, что она понимает (а она понимает, что он понимает), что подобные фразы - прерогатива Лиала. Однако выход есть. Он должен сказать: "По выражению Лиала - люблю тебя безумно". При этом он избегает деланой простоты и прямо показывает ей, что не имеет возможности говорить по-простому; и тем не менее он доводит до ее сведения то, что собирался довести, - то есть что он любит ее, но что его любовь живет в эпоху утраченной простоты. Если женщина готова играть в ту же игру, она поймет, что объяснение в любви осталось объяснением в любви."

Петра обвинят в связях с Пугачевым, но Марья поедет к императрице, расскажет, как дело было, как он ее спасал и прочее, и его помилуют, они поженятся. Швабрина казнят, Пугачева казнят.
Аксинья будет с удовольствием ебаться с Листницким, когда Григорий уйдет в армию. Григория долбанут палашом по голове в бою, он спасется и спасет раненого офицера, за это получит георгиевский крест, попадет в госпиталь, а потом его отпустят домой. Дома от конюха Сашки узнает, что Аксинья - блядища ебаная, вызовется Листницкого прокатить по старой памяти, завезет его подальше от дома, отпиздит кнутом по ебалу, затем испиздит ногами почем зря, вернется домой и стегнет блядищу по ебалу кнутом, затем пойдет пешком в Вёшенскую, станет жить с Натальей. конец первого тома

Про Лесли я молчу.
А Швабрина ведь не казнят, что вы гоните.

Казнят же. Но конкретно об этом не написано. Просто сказано, что он хуево выглядит в тюрьме, в которой и Гринев перед ссылкой находится, а его за меньшие провинности хотели казнить - Швабрин-то был комендантом захваченной крепости, присягал Пугачеву, етс. Пизда ему неминучая.

И все умрут.

Мартин Иден покончит жизнь самоубийством, после того как станет известным писателем.

>>36106
как по мне, - поглубже чем Кинг. пиздострадание, переходящее в тяжелую уголовщину. рекомендую также дилогию "Злыдень", кроме этого есть какая-то книжка про феминисток-сепаратисток - ее читал (укуреный в говно, впечатлило) - не советую.

>>36108
не знаю, у Кинга все-таки более размеренное повестование. А тут: на улицу вышел - пизды дали, обратно пошёл - опять пизды дали, случайно встретил бывшую, случайно убил ёё ебаря и тп.

>>36106 пардон, а где в Некроманте психопаты?
По теме, почему до сих пор не посоветовали "Красный дракон" - "Молчание ягнят" - "Ганнибал" - "Ганнибал: восхождение"?
Не совсем по теме, но Трансметрополитен все же посоветую.

>>36112
Ты хоть знаешь что значит маргинал?

Буковски "Фактотум" ёбана.
Венедикт Ерофеев "Москва-Петушки" годнота.

Гаиус Елена Мохийам

>>33184
Гайя. С этим все нормально?
>>33183
Пропуски букв, где-то видел в разговоре Джессики с Преподобной в начале книги "уа" вместо "уха" и т.д. Пытался найти, но тщетно. На память помню еще что-то вроде "Лето подумали".
Кстати, реквестирую этого гражданина с синими глазами в полном размере. Искал, возникли проблемы.

бамп

>>33029
>Адекватный вариант перевода слова freeman в данном случае предложить сам не могу.
там FREMAN было, йоба! С одним "Е"! Алсо Пол - нормальный перевод.
Алсо мудаки, не могущие в чтение оригинала не нужны!

>>33072
ты не поверишь, но название синеглазых уберменшей в оригинале /ˈfrɛmən/ тоже имитирует староанглийский убого правла, но все же, так что хоть "вольноибы" и пиздец, но все же лучше, чем "свободные". Я бы, конечно, перевел как "вольники".

>>35940
>Швейк
>Историческое фэнтези.
Хм... похоже сюда закралась какая то ошибка.

>>35937
«Одиссей, сын Лаэрта» Олди. Сейчас будет баттхерт элитоблядей!

Псевдоисторическое покатит? Если да, то Гай Гебриэл Кей! "Византийская мозаика", например.
>>35942
И вот с этим товарищем насчёт годности Олдей согласен.

Благодарствую тебе анон.Всегда выручаешь.Держи самочку =)

Песнь пламени и льда мартина.

Вот - http://i-s-o-m.livejournal.com/

Файлом нельзя было выложить?

Дракон даже не шелохнулся. Он лежал неподвижно и наблюдал. Аррен нашел их пожитки и, наполнив обе кожаные фляги водой из ручья, побрел по песку к Геду. Стоило ему удалиться на пару шагов от потока, как дракон исчез в густой пелене тумана.
Он дал Геду воды, но не смог приподнять его; Маг лежал вялый и холодный, положив голову на руку Аррена. Его смуглое лицо посерело, нос и скулы заострились, на них явственнее проступили старые шрамы. Даже тело мага выглядело худым и хрупким, словно наполовину ссохлось.
Аррен сел на влажный песок, уложив голову компаньона себе на колени. Туман образовывал вокруг них зыбкую полусферу, слегка утончавшуюся наверху. Где-то покоилось, скрытое мутной пеленой, тело Орм Эмбара, а у ручья ожидал чего-то живой дракон. И где-то на берегу, по ту сторону Селидора, лежала пустая, без провизии, «Ясноглазка». А еще дальше к востоку — море. До ближайшего островка Западного Предела было не меньше трехсот миль. А до Внутреннего Моря — добрая тысяча. Неблизкий путь. «Далеко, как до Селидора», — говорили на Энладе. Сказки и мифы, что рассказывали детям на Энладе, всегда начинались примерно так: «Давным-давно, как Сотворение, и далеко-предалеко, как Селидор, жил принц…»
Аррен был принцем. Но в старых преданиях с этого все только начиналось. Здесь, пожалуй, этим все и закончится.
Нельзя сказать, что он был крайне удручен. Несмотря на усталость и тревогу за Геда, Аррен нисколько не раскаивался и не сожалел, что все так вышло. Он сделал все, что было в его силах.
Отдохнув немного, Аррен подумал, что может попробовать порыбачить, взяв леску из поклажи, ибо, утолив жажду, он ощутил посасывание в желудке, а из провизии у них осталось лишь немного сухарей. Юноша решил приберечь их, поскольку он мог попробовать размочить хлеб в воде и хоть как-то покормить Геда.
Больше ему ничего не оставалось делать. Кроме того, не было видно ни зги. Туман плотной стеной сомкнулся вокруг них.
Сидя прижавшись к Геду, Аррен пошарил в своих карманах в поисках чего-либо полезного. В карманах туники он нащупал нечто твердое и острое. Юноша вытащил предмет и стал озадаченно его рассматривать. Это был небольшой черный камешек, твердый и пористый. Аррен едва не выбросил его, но, покатав камень в руке и почувствовав его вес, а также остроту оплавленных граней, он понял, что это осколок скалы с Гор Скорби. Камешек закатился ему в карман, когда он карабкался вверх или когда тащил Геда к краю обрыва. Юноша держал на ладони камень страданий. Он сжал руку в кулак и улыбнулся одновременно грустной и радостной улыбкой, впервые в жизни познав и одиночество на краю света, и отсутствие похвал, и победу.
Туман поредел и начал рассеиваться. Вдалеке над Открытым Морем проглянуло солнце. Постепенно проступали холмы и дюны, обесцвеченные и слегка размытые пеленой тумана. Солнечный свет ярко вспыхнул на теле Орм Эмбара, величественного даже в смерти.

На той стороне ручья неподвижно лежал отливающий иссиня-черным металлическим блеском дракон.
После полудня солнце засияло ясным теплым светом, развеяв последние клочья тумана. Аррен сбросил влажную одежду и положил ее сохнуть, оставив на себе лишь перевязь меча. Он поступил так же и с одеждой Геда, но хотя на мага вовсю лился живительный поток тепла и света, тот даже не шелохнулся.
Раздался скрежет стали о сталь, словно где-то воины скрестили мечи. Отливающий металлом дракон поднялся на своих кривых лапах и, двинувшись вперед, перешел через ручей. Его огромное тело с тихим шипением терлось о песок. Аррен увидел складки кожи подмышками, изрубленную, словно доспехи Эррет-Акбе, покрытую шрамами чешую на боках и длинные тупые желтые зубы. Всю эту уверенность, неторопливость движений и пугающее спокойствие юноша посчитал признаками глубокой старости, бессчетного числа прожитых лет. Дракон остановился в нескольких футах от места, где лежал Год. Аррен встал между ними и спросил на Хардике, поскольку не знал Древнего Наречия:
— Ты — Калессин?
Дракон не ответил, но, казалось, улыбнулся. Затем, склонив свою огромную голову и вытянув шею, он посмотрел на Геда и произнес его Имя.
Голос его был тихим, но гулким, и пах кузнечным горном.
Он произнес Имя мага еще и еще раз… На третий раз Гед открыл глаза. Немного погодя он попытался сесть, но не смог. Арен встал рядом с ним на колени и помог ему. Тут Гед заговорил.
— Калессин, — сказал он, — сенваниссай'парРокк!
При этих словах его покинули последние силы, и он, склонив голову на плечо Аррена, закрыл глаза.
Дракон ничего не ответил и вновь застыл, как статуя. Снова стал сгущаться туман, подернув дымкой опускающееся в море солнце.
Аррен оделся сам и накинул на Геда его плащ. Далеко отступившая вода опять начала прибывать, и юноша подумал, что ему лучше отнести своего компаньона вверх, к дюнам, на более сухую почву, ибо Аррен чувствовал некоторый прилив сил.
Когда он нагнулся, чтобы поднять Геда, дракон выставил вперед свою гигантскую бронированную лапу, едва не коснувшись Аррена. На ней было четыре когтя со шпорами, как у петуха, но только из стали и длиной с лезвие косы.
— Собриост, — сказал дракон, словно январский ветер зашелестел примороженным тростником.
— Оставь в покое моего господина. Он спас всех нас, истратив при этом всю свою силу, а, может, и жизнь. Оставь его в покое!
Аррен говорил с жаром и в повелительном тоне. Он был жутко напуган, страх переполнял его и выворачивал наизнанку. Юноша дорого бы дал, чтобы больше никогда в жизни не испытать подобного. Он был зол на дракона за его животную силу и огромные размеры — несправедливое преимущество. Аррен видел смерть, попробовал ее на вкус, и никакие угрозы не могли смутить его.
Старый дракон Калессин взглянул на него ужасным продолговатым золотистым глазом. В глубинах этого глаза растворились тысячелетия. Он видел зарю мира. Хотя Аррен и не смотрел в него, он знал, что тот глядит на него с мягкой и мудрой насмешкой.
— Арв собриост, — сказал дракон, и его присыпанные ржавчиной ноздри раскрылись настолько, что стал виден бушевавший в их глубинах едва сдерживаемый огонь.

После того, как дракон остановил Аррена, пытавшегося поднять мага, рука юноши осталась на плече Геда. Сейчас Аррен почувствовал, как голова Геда немного повернулась, и услышал голос мага:
— Это означает «забирайтесь сюда».
На миг Аррен замер. Это казалось полным безумием. Но перед ним была огромная когтистая лапа, похожая на ступеньку, над ней — изгиб локтевого сустава, а еще выше — выступ плеча и отходящая от лопатки мускулатура крыла: лестница в четыре ступеньки. А перед крыльями и первым огромным шипом на позвоночнике, у основания шеи было место, где мог усесться верхом один человек или двое. Если они, конечно, сошли с ума или утратили всякую надежду.
— Забирайтесь! — сказал Калессин на языке Творения.
Аррен поднялся и помог встать своему компаньону. Держа голову прямо, Гед с помощью Аррена вскарабкался по крайне необычным ступеням. Они уселись верхом на покрытый массивной броней загривок дракона. Аррен сел сзади, готовый в любую секунду поддержать Геда, если в том возникнет необходимость. Они начали согреваться, прижавшись к теплой, как полуденное солнце, шкуре дракона: под бронированными доспехами бурлил огонь жизни.
Аррен заметил, что они оставили в песке на берегу тисовый посох мага. Море готово было поглотить его. Юноша хотел спуститься за ним, но Гед остановил его.
— Не надо. Я оставил всю свою волшебную силу у того пересохшего источника. Я больше не маг.
Калессин повернул голову и искоса взглянул на него. В его мудрых глазах таилась насмешка. Был ли Калессин самцом или самкой, неизвестно. Никто не знает, какие мысли роились у него в голове. Гигантские крылья медленно поднялись и раскрылись. Они были не золотые, как у Орм Эмбара, а красные, темно-красные, цвета ржавчины или крови, а, может, пурпурного шелка Лорбанери. Дракон осторожно, дабы не смахнуть своих ослабевших наездников, взмахнул крыльями, поджал гигантские задние лапы и как кошка, прыгнул в небо. Пара взмахов, и они поднялись над туманом, затянувшим Селидор.
Махая пурпурными крыльями, Калессин взвился в сгущающихся сумерках над Открытым Морем и повернул на восток.
Поздним летом, сначала над островом Улли, затем над Усидеро и к северу от Онтуего пролетел низко над водой огромный дракон. Хотя драконы в Западном Пределе — не редкость, и люди знали о них не понаслышке, тем не менее, когда дракон пролетал над ними, фермеры высыпали из домов, приговаривая:
— Оказывается, не все драконы умерли, как мы думали. Возможно, и волшебники где-то еще сохранились. Как величественно он летит! Скорее всего, это Старейший.
Где Калессин приземлился, не видел никто. На этих дальних островах есть леса и холмы, куда редко забредают люди, и даже появление там дракона может пройти незамеченным.
Но на Девяноста Островах поднялся шум и переполох. Люди гребли от одного островка к другому, крича:
— Прячьтесь! Прячьтесь! Дракон Пендора нарушил свою клятву! Верховный Маг сгинул, а Дракон явился сожрать нас!

Не приземляясь и не глядя вниз, огромная отливающая сталью ящерица мчалась над маленькими островками и крохотными городами и фермами, не желая даже тратить огонь на таких малявок. Так они пронеслись над Гетом и Сердом и, преодолев проливы Внутреннего Моря, подлетели к Рокку.
Ни память людская, ни древние легенды не сохранили свидетельств о том, чтобы какой-либо дракон презрел видимые и невидимые Стены хорошо защищенного острова. Тем не менее, этот гигантский дракон бесстрашно пронесся на своих мощных крыльях над северным побережьем Рокка, над полями и деревнями, и мягко приземлился на вершину зеленого холма, возвышавшегося над городом Твилл. Затем он сложил свои кроваво-красные крылья и словно врос в почву Холма Рокка.
Юноши гуртом высыпали из Большого Дома. Ничто не могло удержать их. Но несмотря на свою молодость, они не смогли обогнать Мастеров, и прибежали к Холму вслед за ними. Когда ребята появились на вершине, Мастер Образов был уже там. Его светлые волосы пылали на солнце. Рядом с ним стоял Мастер Изменения, который вернулся пару дней назад в облике большой морской скопы, едва живой, с переломанными крыльями. Он долго находился в этой оболочке, удерживаемый своим собственным заклинанием, и вернул свой истинный облик лишь в Роще, придя туда в ту ночь, когда Равновесие было восстановлено и связывающие его путы опали. Пришел и Мастер Вызова, изможденный и обессиленный, который только прошлым вечером поднялся с постели. А позади него стоял Привратник и другие Мастера Острова Мудрости.
Они смотрели, как слезали наездники, причем один поддерживал другого. Они видели, как те оглянулись вокруг со странным выражением удивления, удовлетворения и огорчения на лице. Пока они спускались с его спины, дракон лежал неподвижно. Затем он слегка повернул голову, прислушиваясь к словам Верховного Мага, и что-то коротко ответил ему. Некоторые наблюдатели разглядели насмешку в холодно поблескивающих желтых глазах дракона. Те, кто в состоянии был понять, услышали, как он сказал:
— Я доставил молодого короля в его королевство, а старика — к его дому.
— Мой дом чуть подальше, Калессин, — ответил Гед. — Я еще не добрался до туда.
Он взглянул на залитые солнечным светом крыши и башни Большого Дома и едва заметно улыбнулся. Затем он повернулся к Аррену, который стоял, стройный и легкий, в поношенной одежде, едва держась на ногах после долгого сидения верхом и всего пережитого, и встал перед ним на колени, склонив свою седую голову.
Поднявшись, Гед поцеловал молодого человека в щеку и сказал:
— Когда ты сядешь на трон в Хавноре, мой господин и дорогой компаньон, правь долго и справедливо.
Он вновь взглянул на Мастеров и молодых волшебников, мальчишек и горожан, сгрудившихся на склонах и у подножия Холма. Лицо его было спокойно, а в глазах застыла та же насмешка, что и в глазах Калессина. Повернувшись к ним спиной, Гед снова вскарабкался по лапе и плечу дракона и занял прежнее место между огромными крыльями на шее дракона. Расправив с оглушительным грохотом красные крылья, Калессин Старейший взвился в воздух. Из пасти дракона вырвались дым и пламя, от гигантских крыльев, молотящих воздух, поднялся сильный ветер. Он сделал круг над Холмом и отправился на северо-запад, где в четверти Земноморья отсюда находился остров-гора Гонт.

Привратник, улыбаясь, сказал:
— Он сделал все, что мог, и полетел домой.
Они наблюдали за летевшим между морем и солнцем драконом, пока тот не скрылся из виду.
В «Деяниях Геда» говорится, что тот, кто был когда-то Верховным Магом, явился на коронацию Короля Всех Островов в сердце мира — в Башне Меча в Хавноре. В песне утверждается, что когда церемония коронации завершилась и начался фестиваль, он покинул веселящуюся толпу и в одиночку спустился в порт Хавнора. Там качалась на волнах потрепанная штормами и годами лодка, пустая и без паруса. Гед позвал ее: «Ясноглазка», — и она подплыла к нему. Прыгнув с пирса в лодку, Гед повернулся спиной к земле и без помощи ветра, паруса или весел лодка отправилась в путь. Она вышла из гавани и устремилась на запад, мимо островов, через море. Больше никто ничего о нем не слышал.
Но на острове Гонт эту историю рассказывают по-иному. По их словам, молодой Король Лебаннен лично отправился на поиски Геда, чтобы привезти его на коронацию. Однако он не нашел его ни в Порт-Гонте, ни в Ре Альби. Никто не мог сказать точно, где Гед, знали лишь, что он бродит по высокогорным лесам. Говорили, что он гуляет там долгие месяцы и никто не знает его тайных троп. Кое-кто предложил поискать его, но Король не позволил им, сказав:
— Королевство, которым он правит, величественнее моего!
И он спустился с гор, сел на корабль и вернулся на Хавнор, чтобы вскоре взойти на престол.
Конец третьей книги.

>>35904
>Представь, как я вхожу в твои мохнатые холмы своим розовым паровозом
Раздвигая сизым членом каловые массы...

>>35904
Сорокина почитай "Голубое сало" или что-нибудь ещё.

Вот что мне рассказал петух >>35935 о своих сокровенных мыслях, приходящик к нему в минуты отдыха от чудовищного насилия, которому он подвергается днем и ночью от своих беспощадных хозяев. Итак, слова петуха >>35935:
"Член юркой змейкой проскальзывает между впалых ягодиц к зловонному бутону ануса! Под ударами беспощадного хуя все мое тело сотрясается в сладкой истоме, и в упоительном забытье я представляю себя Оскаром Вайлдом, нашедшим приют в обьятьях одиннадцатилетнего мальчика в тумманых трущобах Ист-Энда. Потом я оборачиваюсь, мой взгляд упирается в качающиеся прямо пред моими глазами огромные, почти нечеловеческих размеров balls гениталий, и я жадно, урча и роняю слюни, начинаю их облизывать, глотая куски шерсти и сладковатую коросту грибка! Я сосу их, почти грызу, чтобы вызвать у тебя боль, и ярость, и злость, и добиваюсь этого! Твой член становится еще больше, и по пульсации прожилок я вижу, что мой хозяин, мой повелитель уже близок к кульминации! В порыве страчти я прижимаю его член у своему набухшему соску и, наконец созрев от тепла моего тела, на мою грудь выливается тугая струя пахучей желтоватой жидкости, оставляя брызги на лице, волосах, глазах... А потом мы лежим обнявшись, боясь пошевелиться, чтобы не разрушить сплетенные нами в мировом эфире в порыве страсти чары, и ты шепчешь на ушко как ты любишь свою девочку, свою нежную Урсулу..."

Представь, как я вхожу в твои мохнатые холмы своим розовым паровозом. Стоя на четвереньках, ты замечаешь, как у тебя от возбуждения сотрясаются руки и колени. Тогда я крепко обхватываю твою талию и начинаю жадно тереться щетиной о мех на твоей спине. А потом я начинаю медленно растирать свой живот и скатываю серый шарик из старой кожи, пота и грязи. Внезапно я беру шарик и заталкиваю тебе его в анус большим пальцем. От этого ты томно ахаешь и закатываешь глаза, а мой пальчик податливо уходит в недра твоего тела. Я вынимаю его и обнюхиваю, пытаясь сдержать рвотный позыв - это запах успеха. Потом подношу пальчик тебе к носу, и ты начинаешь его страстно обсасывать, перекладывая язычком из одной щеки за другую. Изголодалась, бедная? Будет тебе ещё сегодня, голодная...

Представь, как я вхожу в твои мохнатые холмы своим розовым паровозом. Стоя на четвереньках, ты замечаешь, как у тебя от возбуждения сотрясаются руки и колени. Тогда я крепко обхватываю твою талию и начинаю жадно тереться щетиной о мех на твоей спине... А потом я начинаю медленно растирать свой живот и скатываю серый шарик из старой кожи, пота и грязи. Внезапно я беру шарик и заталкиваю тебе его в анус большим пальцем. От этого ты томно ахаешь и закатываешь глаза, а мой пальчик податливо уходит в недра твоего тела. Я вынимаю его и обнюхиваю, пытаясь сдержать рвотный позыв - это запах успеха. Потом подношу пальчик тебе к носу, и ты начинаешь его страстно обсасывать, перекладывая язычком из одной щеки за другую. Изголодалась, бедная? Будет тебе ещё сегодня, голодная... Я пинаю тебя по ягодице. Ты визжишь как свинья. Заткнись, шлюха! Я бью тебе в пятёрку. Ты, рыдая и истекая кровью, корчишься у меня в ногах и отчаянно цепляешься за член, как за свою жалкую жизнь. Нельзя! Сосать, ещё не заслужил! Тогда я подхожу к шкафу и достаю из него смазку и полуметровый деревянный кол, начинаю натирать его...

>>35912
Итак: передо мной лежат деньги на ридер, завтра заказываю. До сих пор склонялся к PRS-T1, но сегодня задумался о Kindle Touch, ведь там ЛИНУКС. Поясните по хардкору, есть ли смысл от этого самого андроида в ридере, и чем же он так хорош?

>>35912
Андроид - более открытая платформа.

Не нужен тебе андроид и прочий кал.
У меня нук на андроиде, правда не такой, но это не важно. Я его так и не перепрошивал и ничего кроме книжек в epub на него не лил и не испытывал надобности.
Кстати нук в этом хохлятском магазине, прозреваю, перешитый прошивкой наших горе-умельцев, если они не пиздят про "Читает все форматы". Обычный нук разнообразием читаемых форматов не балует. Так что инжой ер баги если выберешь его.

>У меня нук на андроиде, правда не такой, но это не важно. Я его так и не перепрошивал и ничего кроме книжек в epub на него не лил и не испытывал надобности.
Удваиваю это.
Конкретно в случае нука андроид дает возможность читать все сколь-нибудь ходовые форматы и поставить Оперу.
И то и другое на само деле нахуй не нужно. Для чтения всякого дрочилова в djvu экран не вышел размерами, а фб2 конвертится в епаб без потери чего-либо.

>>36054>>36058 Рассудил так же, заказал киндл

Мало вам радиооффтреда в /б/ыдлятнике?
Саганул, скрыл, минусанул, пожаловался модератору.

люблю наци

Воннегут "бойня номер 5" и Гашек
А у Хеллера "Что-то случилось" ещё читни, хотя юмора там 0. А лучше удали тред и продублируй в треде сатиры.

>>36010
ты только фильм не смотри, а то багет случится

>>36070
Поздно, половину посмотрел. Какой же это пиздец, товарищи. Особенно Йоссариан.

>>36043
>А что не так с Кафкой
Вот это долбоёб.

>>36045
Запостил хуйню без аргументов @ слился.

>>36046
Я и так вижу, что ты сделал.

Читал Кафку, кал ебаный.

>>35984 Голубое сало

>>35578
Ещё очень рекомендую Дэниел Ергин. "Добыча. Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть". Очень много фактов и биографий.

Очень годные книги у Марии и Сергея Дяченок, обе в жанре фентази(пусть не пугает это слово, ни драконов, ни мироспасительства ни подвигов как таковых там нет). "Варан" и "Медный король" и в том и другом романе во главу угла поставлено саморазвитие человека. Я думаю, тебе должно понравится, бро, ничего общего с остальной "РусФа" здесь нет.

Я требую моар русской фентази.

bump

>>35573
НАХУЙ, ГОВНОЕД

>>35983
На бумаге реально достать?

>>35981
>любой истории
Хорошо. Читаю "Вообрази себе картину", герои - Рембрандт и Сократ. Один наторговал картинами богатство, проебал на потреблядство, обрюхатил служанку и обанкротился. Второй всю жизнь нищебродствовал, не удовлетворял жену, злил народ и власть сатирическим инакомыслием и за упертую принципиальность самоудалился. С кем и с какой стати я должен себя идентифицировать? Я не отождествляю себя ни с грецким философом, ни голландским художником, ни даже с евреем-нарратором, я читают текст и воспринимаю героев как других людей, а не ставлю себя на чье-либо место. Я не отрицаю, что во всяких лирических произведениях читатель переживает вместе с героем, но только незрелый человек будет полностью соотносить себя с действующим лицом в вымышленной литератором жизни.
ОП, например, целенаправленно ищет абсолютно похожего на себя ГГ, не знаю только зачем. Видимо, чтобы посмотреть, как тот решит свой конфликт. Потом у ОПа меняется настроение, и депрессивный герой уже не нужен, атмосфера уже не та, ОПу нужен новый сеттинг. Нахуй так жить?
>Идентифицируя себя с главным героем или героиней, ребенок не только определяет для себя тот или иной тип поведения, он еще и учится преодолевать различные ситуации. Это очень важно в психологическом плане, так как довольно часто главный герой попадает в опасные ситуации, когда рядом нет родных, которые могли бы помочь или подсказать, что делать.

>>35986
>Это очень важно в психологическом плане
никто и не говорил, что ты осознанно ИДЕНТИФИЦИРУЕШЬ. Вы подсознательно ищете в герое собственные черты, далее сравниваете ну и проч.
Алсо
>чтобы посмотреть, как тот решит свой конфликт. Потом у ОПа меняется настроение
Всегда так делаю. Это плохо?

>>35986
>депрессивный герой уже не нужен
Почему не нужен. Память о нем, о его поступке будет присутствовать. В конце концов герой выполнит свою миссию - окажет влияние на опа.
Я идиот

за стенами (или под дверями, не помню) собачьего музея. в свое время поразило.

Про книгу не знаю, но пак давай.